+7(950) 30 222 90

+7(950) 966 7 969

 

Заказать звонок

РУБЛЕНЫЕ ДОМА

РУБЛЕНЫЕ ДОМА

Премиум качество за разумные деньги. Ваш бюджет для нас Не главное.

Главное для нас - воплотить Ваши мечты о рубленом доме.

 

Как ты дошёл до жизни такой?

Всё начиналось с Конца Света

Что бы создать производство срубов такого качества и с такими особенностями в подходе, Георгий Морозов прошёл путь от ручной столярной работы до рубки эксклюзивных срубов из бревна большого диаметра. Теперь он руководит процессом, обучая учеников своими методами.  Выдержки из беседы за столиком:

- Как рубка вошла в твою жизнь? Сколько у тебя лет опыта на сегодняшний день? С чего всё начиналось?

 

- Был 1999 год. Тогда я понимал, что сейчас женюсь, и родятся дети. Мы сели с Сергеем Черкесовым думать. И меня осенило, что в свете кем-то ожидаемого конца света детей кормить-то нечем будет.

 

Я понял, что надо создавать пищу своими руками, потому что магазины останутся только в воспоминаниях. Да и что в них хорошего осталось? Одна пластмассовая еда и ГМО.

 Нам казалось, что на это денег надо где-то взять. А где? Юрий Печёнкин уехал в Питер с бригадой, и нас звал.

 

Я понимал, что мы сейчас туда приедем, а там зарабатывают 30-50 долларов в день. Мотив «заработать» был основным поначалу. Мы построили планы, написали себе сметы на то, что нужно для конного сельского хозяйства, и уехали.

 

Где учился рубке?

- К сельскому хозяйству мы больше не возвращались. Только мечтали. Но зато на срубах 4 года КАЖДЫЙ ДЕНЬ.

 

И 4 года мы говорили только о срубах каждый вечер. По 4-5 часов, как заведённые! И все вокруг, кто это наблюдал, с нас просто шизели. С этого моя рубка началась по-настоящему. И потом меня просто понесло.

 

Учился я «у норвегов». “А-ля Норвегия” меня учила. Мы работали в фирме, которая практически всё делала на Норвегию. Я приехал туда, когда на одном из заказов 2 венца лафетных уже лежало. Меня это как зажгло тогда… И так я на срубах с той поры.

В Питере первые полгода мы ЗА ЕДУ работали. Иногда даже и на еду не хватало денег. Мы работали как фанаты. Мы этим ЖИЛИ. Нам много денег должны были, и так и не рассчитались. А мы довольные были, что нам дают возможность такую работать и учиться.

 

Анекдот или Смех сквозь …зубы.

- А что здесь было? В наши дни. Совсем недавно. Бригада из одной деревни. Закладывают окладной венец.

 

Я им по-человечьи говорил, без “грубостев”: «Заказчик очень требовательный, сделайте всё хорошо. А что такое «хорошо»? Конкретно это значит, что поднутрение маленькое, торцы приятные, брёвна чтоб красиво лежали». В общем, целую проповедь им прочитал. Несколько раз. Дал им проект: «Нате, изучайте. Если есть вопросы по проекту, мне их задайте. Потому что там могут быть ошибки. Всплывёт – сразу спрашивайте. И вот ещё что: Леса в сруб НЕ бъём. Вообще НИГДЕ! И слеги выравниваем, что бы ровно всё было». Они послушали: «Ладно».

 

Когда леса стали делать на 6-м венце, приезжаю, а они леса на 120-ти мм гвозди прибили к срубу. ВЕЗДЕ! Для меня шок. Не знаю, что хуже может быть на срубе. В сруб забить гвоздь – это маразм! Помимо дыр, которые чернеют, так ещё и ржавчина потом с них течёт струями. Не отшлифуешь потом. Вглубь въедается.

 

«Ребята, вы что!» И меня как понесло… Я давно так никого не опускал. «Я вас просил?! - они кивают. – Вы понимаете, что мы в сруб леса гвоздями не бъём! Никогда! Только там можно, где проёмы будут, торцы проёмов, где явно закроется». Они мне какую-то ерунду отвечают, а меня это ещё больше заводит.

 

Смотрю: А косяков..! Полно! То, что прошу – не делают. Короче я их… Ну сильно выражался… А внешних лесов ещё не было. Я говорю: «Ну, хотя бы внешние, вы сейчас понимаете, что бить не надо?! Леса в Сруб Забивать НЕ надо!» Они: «Ага, ага».

Приезжаю вечером – внешние леса забиты в сруб. - Я в замешательстве. Не знаю, дубину брать, что ли, охаживать всех? Ну, для чего это делается? И весь сруб положили из свечей в венец разницу.

 

Я месяц не мог пережить этот стресс. Реально месяц несло. Как будто это мой ребёнок, и с ним что-то неладно. Это было нечто. И после этого они три венца пыжились с поднутрением. Ну, думаю, хоть так. А потом опять скатились на похабщину.

 

И говорят: «Мы с улицы вбили только по одному гвоздю». Я не понял их: «Вы что, меня обрадовать решили?»

Отдельный анекдот. Говорю: «Синие брёвна вообще не кладите». Прихожу позже, - воттакенный диаметр лежит синий, и гвозди в него забиты.

Чтобы фотки отправить, долго выбирать пришлось. За этот сруб я до сих пор полтинника не видел. Уж год прошёл, как должен человек.

 

Это вот люди собой косяки закрывают на фотке. Говорю: «Стань вот здесь, типа работаешь».

Такое ощущение, что беседу ведёшь с зомби. А они: «Э, ы..» Долго я переживал эту тему, пока не понял, что это просто такое состояние внутреннего мира человека. Это такой опыт в его душе. И пока он не наберёт другого опыта, ждать другого отношения к труду от него БЕСПОЛЕЗНО. На это нужны десятилетия или даже не одна жизнь. Когда-нибудь такие люди расцветут внутренне, и внешние плоды их рук будут красивыми. Они всё поймут ОДНАЖДЫ. Когда-нибудь …может быть, через века.

А пока эти века идут, мы просто выводим их из своей команды и предоставляем им искать свои уроки по жизни самостоятельно. Неспособны, и ладно. Наши пути разошлись. И получается что:

Моя Главная Проблема, Задача и Удача – НАХОДИТЬ тех людей, которые ГОТОВЫ и ХОТЯТ учиться работать качественно, создавая шедевры. Вникать до мелочей, работать дотошно, старательно, без суеты и погони за деньгами. Тех, кто делает с внутренним состоянием «СТРОИТЬ», а Не «зарабатывать». Тех, кто понимает, что, строя, он СЕЕТ, и кому Не всё равно, какой плод и какой след в мире после него останется.

И я нахожу таких людей. Я их просто вычисляю. Смотрю почерк.

И если он «то, что надо», то даже если он «нулячий» в срубах - я из него мастера сделаю.

Мне нужен его подход, его ОТНОШЕНИЕ к делу, его дух. Если он зрелый – у него всё получится, потому что «почва» нужная есть.

 

Билет в «Большую» рубку.

Было как-то, Юрий Печёнкин написал типа ностальгического письма «Свободные места в сердце - ваши места». Через полтора года я туда пришёл. Там рубщики уже были, не то что матёрые, но уже достаточно опытные, повидавшие Питерских площадок. Я там был строгалем. А строгаль – это подсобник. Тем более начинающий. Его как опилки можно рассматривать. Голоса не имеет никакого.

 

Бригада чего-то там бузила на Юру (бригадира). Я там на сруб залезал, всех останавливал… :-)  … и читал морали, как жить надо. :-) На следующем объекте меня уже бригадиром поставили. И дальше вся жизнь только с рубкой связана была.

Юрий Печенкин внёс огромный вклад. Это как “БИЛЕТ в Рубку” в моей судьбе. Это чётко. Без него, думаю, я не скоро бы там оказался.

 

Допустим, мы выясняем что-то с тобой. И не как, приходят к единству понимания, а если хотим поспорить аргументами. Считаю, что надо главный аргумент всегда выкладывать. Или, если ты отказываешь человеку в чём-то, то и объясняешь аргумент главный. Например, ты чего-то не хочешь, а начинаешь вуалировать это под шляпу какую-то. Причины разные выискивать. Но лучше так и говори: «Я не хочу».

 

Главный аргумент – он всегда один. И когда тебе начинают говорить другие аргументы, ты на нём стоишь, пока тебе на него не ответят, не перекроют его логически. И тогда, конечно, с этим можно смело соглашаться.

Из тысяч моих ситуаций эдак в пяти мне перекрывали его, он убирался и я да, шёл и сразу соглашался. Потому что это логика. Тут не надо быть упёртым бараном. Так же и в рубке.

 

Из чего складывается качество сруба?

- Есть главное, из чего качественные срубы состоят. Это красиво уложенное бревно в сруб, именно в своё место. Это Печёнкин мне дал. Люди строят и даже не знают, в большинстве, от чего зависит красота сруба. А это параллельность линий и их горизонтальность. Это Юра мне привил. У него это в крови. Он и очень сложные, и «простые» брёвна весьма красиво укладывает в сруб. В Юрином срубе ты не встретишь некрасиво уложенного бревна. Это нонсенс будет. Это либо не он делал, либо темно было, либо ещё что-то «помешало задуманному» :-)

- Или устал. В сон клонило, моргнул, открывает глаза, а бревно уже лежит. :-)

- Ну да, да. Одному однажды говорю: «У тебя вон, видишь чё». А он: «Бревно скакнуло». Говорю: «Как «скакнуло»? Это ж не конь».

 

Последняя дверь как выход

в большую рубку.

От рам «вручную» к «Мичуринским» срубам.

Падал снег за окном, где-то далеко жужжали бензопилы, а я продолжал расспрашивать о путях человека. Сегодня мы  тронули воспитательные обстоятельства, повлиявшие на подход к строительству и к организации труда, на формирование рамок, в которые надо вписаться мастерам и рабочим.

- А под словом «максимализм» ты что имел в виду?

- Сделав последнюю дверь в своей столярной практике, я её даже не подгонял. Собирал сразу на клей, без пробной сборки. Выжимал точность из себя, как из станка какого-то. И меня «пёрло» от этого. И все, кто попадал ко мне в подчинение, я их всех наклонял туда же. В эту же сторону. А периодически люди были.

 

Почему я всё о качестве срубов говорю? Т. к. я в рубку со столярного дела пришёл (3 года делал вручную окна, двери, прочее), то для меня все метки на линейке – это не миллиметры. Это риски (в смысле - Чёрточки). Для меня это как размер, который нарисован. И бывает, что размер до половины риски.

 

Три года занятий столярным делом вручную (без станков) сделали во мне своё дело. Они «вылепили меня другого». Последние изделия никогда не подгонялись по месту. Переделывать не приходилось. Деталей наделал, положил. Бывало, что и без пробной сборки-разборки, клеем намазал и собрал. Без струбцин и стягивания (потому что зазоров нет, которые надо как-то принудительно задавливать). Положил – готово. Всё. Ни зазоров, ни «винтов пропеллером», ничем таким не озадачивался. Потому что я это всё глазомером вылавливал.

-

И в срубы я когда пришёл, мне уже просто было. Первый сруб у меня был с двумя венцами лафетными. Ни щелей, ничего не было. Потому что опыт «ручных» рам перекинулся и на «толстые палки» автоматически.

 

Откуда в человеке Качество

делать срубы Качественно?

Мы вновь вернулись к тому времени, когда Георгий приехал в Сибирь, и «кем быть?» превратилось в «чем заняться?».

- Это была ручная столярка, без станков совсем?

- Сначала да, я даже распускал доску ручной ножовкой. Я такой инструмент храню как реликвии. Ею и поперёк-то было сложно пилить, а я ей доску умудрялся распускать, для заготовок на рамы.

- И из каких соображений вручную пилили? Только ради «сделано вручную»?

- Нет. Просто другой возможности не было. Больше никак, а надо было делать. Только позднее использовали станок для роспуска на брусок и обрезки необрезной доски. А поначалу рученьками. В то время не было «комплекса» никакого. Это состояние было такого полёта.

 

Жизнь в стиле «Как по маслу»,

или Куда девается Дух авантюризма?

- Кто знает Сахалин, те поймут. Приезжал я в Южно-Сахалинск, и до вечернего поезда, чтобы вернуться, часов 11 оставалось. А сослуживец из армии жил в Корсакове. Я знал только район и не знал где именно, никакого адреса вообще. А город далеко не маленький.

 

Сажусь в электричку, приезжаю, спрашиваю, где этот район, иду туда и начинаю всех спрашивать, просто и безо всяких стеснений и заморочек. «Вы знаете Андрея Ковальчука? А вы знаете? Вы знаете…»

 

И нашёл его! Звоню к нему в дверь. Он открывает и обалдевает. И это мною воспринималось как само собой разумеющееся. Я только потом осознавал, что эта пробиваемость моя была просто «из ряда вон».

 

Однажды родители жены уехали к родственникам на другой конец Сахалина, на день рождения, нас не взяли, машина забита вещами была. Сидим с ней дома. 6 часов вечера, зима, мороз, давно уже темно. И меня вдруг пронизывает что «нас кинули», нас не взяли. Говорю: «Поехали». Выходим на трассу попутку стопить. Ехать около 200 км. Зима, ночь. Там мало кто ездил в такое время. Тут же грузовик нас взял, потом подхватила попутная легковушка, догнали поезд и приехали ночью в населённый пункт.

 

Адреса нет. Есть телефон соседей, каких-то там удалённых знакомых. Подходим к Ж/Д вокзалу, будим кого-то там, нам открывают, дают телефонный аппарат, звоним, дозваниваемся, будим тех соседей, они, оказывается, едут туда на день рождения и нас привозят. Чисто авантюрная поездка на чистый «авось», но с полной уверенностью. И всё как по маслу. Но это многим кажется немыслимым, на такое решиться.

Тогда «в порядке вещей» такое было, а потом пригасло.

 

Работа в стиле «ретро»,

или «Сделано вручную».

- И вернёмся к ручной распиловке.

- Частично вышеупомянутое состояние оставалось. Приехал в Сибирь – надо чем-то заниматься. Было двухэтажное деревянное брусовое здание, брошенное, под снос, запущенное совсем. Ничего там не было. Дырки, кучи мусора, материала. И одна комната была утеплена.

 

И там пара человек что-то делала. Говорю: «Ну и что ж вы не расширяетесь, надо ж мастерские ставить?» Они: «Вот, надо деньги, то, сё, надо рамы покупать». Я говорю: «Давайте я рамы буду делать, чего их покупать. Стекло купим, рамы я сделаю». А у меня с четвёртого класса опыт столярки был. Стамеской и рубанком я работать мог. Спасибо трудовику школьному. Это целая история в моей жизни.

 

Говорю: «Дайте мне рубанок и стамески разные по толщине принесите мне. Есть у вас?» Говорят: «Есть, мы тебе принесём». Эти 2 человека (мужчина и женщина, не супруги), они абсолютно «не пришитые» к материальному были, как всё сделать. Был бы мастер, он рукой бы махнул и сказал мне: «Да ты что? Ты ещё Никто и имя твоё «никак». И как ты собираешься это сделать?»

 

Это авантюра была тоже. Эти рамы. Я это понял, только когда взялся. А уже когда взялся, не буду отступать. А мастер был бы - он мне пару вопросов задал бы и сказал: «Всё. Иди научись сперва чему-нибудь, потом будешь делать». А те двое абсолютно профаны в этом. «Мы тебе всё найдём».

На следующий день принесли рубанок какой-то там, три стамески и заточной (я попросил) брусок. Ножовку я из дому принёс. Вообще не понимал, что это такое.

 

Я этой тупой ножовкой просто продавливал, не то что распускал заготовки. И давай вспоминать детство. Какие-то бруски были, какие-то пришлось распилить. Строгал, ладил. Подошёл к раме существующей, смотрю: Этот стык сюда, это вот так, это вот сюда. Ну да. Внешне всё понятно, логика простая. Сделал рейсмус сам себе, деревянный, первым делом. Надо же размеры как-то откладывать. Без него никак. Я понимал, что не смогу без рейсмуса.

 

И давай делать эти рамы. Первая похабная получилась, но всё равно стоит, работает до сих пор. На первой раме я стамеской четверти выбирал, вручную. Запарился. И потом поехало. Четвертной рубанок (отборник) принесли. Это в сравнении как пешком шёл долго и нудно, а потом тебя раз, и подвезли. Такие же ощущения были и с этим отборником, я его просто целовал.

 

Всё стекаться стало, как в воронку. Станок принесли. Он, конечно, существенно облегчил всё. Помимо роспуска я ещё и четверти на нём выбирал. Двумя проходами на нужную глубину прошёл, рейку вырезал, четверть под стекло готова. И штапик есть. Вот так я рамы и сделал.

- Т. е. ты просто изошёл из того, что есть, у тебя и мысли не возникало, что «это ж надо станок, резать шипы, долбить пазы».

 

- Чем профан от профессионала отличается? Профи не будет браться за подобную задачу. «Того нет, сего нет, ну как я вам сделаю?» И сидит. А профан сделает безо всяких психологических трудностей. Порой приезжаю туда , спустя лет «надцать», входная дверь в тёплый контур, та, что я вешал, стоит до сих пор. Тогда дверь была, а косяка (коробки) не было, ничего не было. Это ещё до рам было.

 

Прихожу, смотрю, что есть – инструменты, топор.. И начинаю её лепить. Без всяких чертежей, безо всякого обдумывания. Брус вставил, так, ага. Топором с молотком выдолбил четверть под дверь и собрал. Дверь навесил. Всё! Тепло не уходит. За один вечер. Она так и стоит до сих пор, эта выдолбленная коробка.

 

И вот так у меня всё было, пока я не стал профессионалом. Сейчас я за многое не берусь по той самой причине. Хотя я всё понимаю, ничто не забыто, но просто уровень другой. Когда начинаешь во что-то вникать, то полезно пройти через сложности, через максимализм. А потом попроще уже смотреть. Так же и со срубами было. Поначалу, помню, так мы учеников гоняли!

И вот так я стал столяром. Инструмент прикупил ещё всякий. Наделал рам, и мы застеклили половину здания. Столярку сделали отдельную, нормальную уже, и детский сад.

 

Школьный учитель труда.

Я продолжал докапываться вопросами. Искал ключевые Станции жизненного пути человека, пытаясь понять для себя, Какие же МОМЕНТЫ ЖИЗНИ повлияли на формирование личности так, что человек стал именно таким?

 

- А что можешь рассказать про трудовика? Того самого, школьного.

- Трудовик был «нечто». Особо никакого следа эмоционального он не оставил. Просто был трудовик, его там все слушались. Но Как мастер он был Офигенный. К нему в мастерскую зайдёшь после урока, и если б там не было верстаков и станков, ты бы не понял, что там мастерская. Там идеальная чистота была. Причём наводили её безалаберные ученики. Трудились все! Кто как мог, но выжимались максимально все из себя. Он их выжимал. Там и порядок был, и заняты все были по максимуму.

 

Он создавал условия такие. Очень редко, но бывало, что ученики летали вдоль прохода от подзатыльника. Не орал, не был жестоким, но был строгим. Ни ругани, ни брани, ни повышения голоса от него не услышать было. Но если он сказал, а там проигнорировали - он ещё раз может сказать. Потом будет жёстко очень. И все это понимали. Дисциплина была невероятнейшая. Мать вложила мне своё, а навык столярный он привил. На станке токарном работали. По металлу и по дереву. Я просто пищал от удовольствия, помню.

 

Меня он как-то выделял. Класс у верстаков, а меня и ещё двоих он на станок. Токарный по дереву. Куча резцов. Я одним всё делал. Косым делал всё вообще. Шлифовать не надо было, поверхности блестели.

 

А по металлу – токарный. Я просто улетал. Такое великолепие этот станок. И мы поделки создавали. Вся школа делала, всю программу. Табуретки, молоточки маленькие. Игрушки детские, всякие медведики, цыплята.

 

Приборка «Forever»

- Урок Навсегда.

- А мама? Что дала?

- Она «нагибала» насчёт исполнения очень конкретно. Криком очень редко. Но если рамку она поставила, я должен был в неё втиснуться. Ни разу не было возможности обойти, увильнуть, просачковать её задание.

 

Ключевой момент запомнился. Жили в общаге с мамой. 2 этажа. Внизу бардак, чуть ли не свалка. (Химики раньше жили на Сахалине). Она говорит: «Иди под окнами у нас убери весь мусор». Я пошёл, в тазик понабросал... Всё! А там как было, почти так всё и осталось внешне. Она мне ещё раз сказала. Я пошёл, ещё пошурудил немножко и ушёл.

 

Прихожу, она мне: «Не убрался ты». А она меня била раза два в год. Но била по серъёзному, не как для галочки, а для «чтобы запомнилось». Скакалкой или шнуром от кипятильника. Это было «нечто». Хватало впечатлений. И синяков тоже. Ну и получил я порцию своих воспитательных обстоятельств.

 

И пошёл прибирать снова. Помню, что обиду эту «проглотил», смирился, деваться ж некуда. Ребёнок. Ты в рамках. Ты если даже не понимаешь, то просто делаешь и всё. И включается! Включаешь все механизмы, мозги работают стопудово. Всё внимание прикладывается. Оно же и было, но смотрело куда угодно, только не сюда. А так оно всё сразу становится сконцентрировано на Главном. Главным-то стало чтобы Сделать так, как сказано, что бы больше не влетело.

 

Я подобрал там всё! Даже верхний слой земли прорыхлил чуть чуть. Неосознанно. И с тех пор всё стало более тщательно делаться. Стала аккуратность расти, очень сильно. Это был 2-й класс. Именно в действиях я стал очень аккуратным, что бы я ни делал. Поделки в школе, ручки, помню, оплетали разноцветными проводами, у меня было лучше всех всегда.

И схватываемость навыка и умения тоже возросла. Если я видел, как делается то, что мне нравилось, я, считай, это умел сразу. Автоматом.

 

Сейчас отчасти что-то ушло. А многое осталось как наработка, как привычка.

- Получается что «из-под скакалки» ты, делая, прочувствовал всю задачу до мелочей?

- Да не то, что прочувствовал. Понимал, что тот результат, что был до сих пор, - он не подходит. И надо сделать как-то по-другому, что бы подошло. Просто его делаешь, не задумываясь. Весь мусорок, который видишь, складываешь. Весь. Не пропуская.

 

У меня дети сейчас убирают так себе, похватать всё, покидать. «А! Всё! Убрал». А там кубиков ещё валяется гора несобранных, в беспорядке. А для них это уже «всё сделал». Они не могут больше, предел. Но я это всё понимаю, не бью, не кричу. Но так, потихоньку давлю. Бывает, что получается грамотно подтолкнуть их к пониманию. И у них оно включается, это понимание. Ребёнок сам соберёт всё, заглянет, проверит, не осталось ли чего ещё незамеченным. И я вижу, этот механизм заработал в их сознании, он уже есть.

 

Суть в том, что ты ставишь рамки и делаешь так, чтобы человек их не обошёл, а втиснулся в них. Присматриваешь и подправляешь его. И когда он их проходит, то всё. Он уже другой человек, и эти рамки ему уже не нужны. Он ИЗМЕНИЛСЯ. Потом главное, чтоб он не утратил эту наработку, это качество что бы в нём закрепилось.

 

- С учениками на срубах так же?

- С учениками ТОЛЬКО Так же.

 

- Прямая параллель?

- Ну да. Поэтому ко мне кто приходит (даже профессионалы), они начинают по-другому работать. Потому что у меня рамки почти для всех есть. Редко кто приходит так, что работает свободно, без моего наблюдения.

 

 

Как мы искали партнёра.

В 2007-м году я почти перестал работать сам. И мы долго шли к тому, чтобы самостоятельно вести своё предприятие. Был многолетний поиск партнёров, которые возьмутся заниматься всей бумажной и организационной деятельностью. Было три партнёра разных, и со всеми не сработались, просто до анекдотических ситуаций.

Потом я осмелел и думаю: «Да ладно… Сам буду».

И тут нарисовался партнер, и мы 4 года проработали.

 

Конкуренция.

- Что для тебя конкуренция как явление?

- У меня понимание такое: что моё по жизни – то от меня никуда не денется. Мой заказчик от меня не уйдёт. И специально бегать, выискивать, затаскивать не в моём духе. Если даже кто и «выхватит» у меня заказчика, - меня это не взволнует, никаких сожалений. Если уйдёт, значит, не мой заказчик, и ему надо что-то другое. Я понимаю, что конкуренция есть, она жёсткая. И большая уже становится.

Моя работа – это не только лишь дело. Она построена на ОТНОШЕНИЯХ. Как Надо, – так и Будет. По-Любому. Это судьбы людей. Происходит нечто большее, чем строительство. Это прежде всего отношения.

Заказчики мои все спокойные, адекватные, общение комфортное, все друг друга понимают.

 

Ещё по теме:

Подход Георгия Морозова к строительству срубов?

Я задавал вопросы, со всех сторон пытаясь осветить внутреннюю «кухню»,

где «варятся» чьи-то будущие дома.

 

Миф о том, что КАНАДСКАЯ РУБКА – это Круто.

Что изменил в Канадской рубке Георгий Морозов, чтобы избавиться от её недостатков?

 

О личном и Сокровенном. Пути людей …Исповедимы…

«Не лезь в мою душу!» - известная фраза, которую можно услышать в случае, если в вопросах «о жизни» зашёл дальше установившегося доверия. Однако Георгий Морозов не из тех, кого смущают такие вопросы.

 

+7(950) 30 222 90

+7(950) 966 7 969

ИП Морозов Г. В. ОГРНИП 312242324700031  © 2014 все права защищены